В ожидании возвращения Уркера…

Недавно опубликованное стихотворение Юлдуз Миннулиной «Кышкы төшләр авырая бара…» вызвало бурные обсуждения в соцсетях. Кандидат филологических наук, ведущий редактор журналов «Филология и культура» и «Tatarica» Милеуша Хабутдинова дает подробный анализ произведения, привлекшего внимание читателей.

1031297479

 

Яза белмәсәң язмаска иде.

Из дискуссии вокруг творчества

Юлдуз Миннуллиной в facebook

 

Юлдуз Миннуллина – яркий представитель современной татарской поэзии, радующий читателей глубиной поэтической мысли, оригинальными образами, неожиданными рифмами. Ей удается, оставаясь в рамках национальной поэтической традиции, вывести татарскую городскую лирику на новый уровень.

Стихотворение Юлдуз Миннуллиной «кышкы төшләр авырая бара» написано в жанре отрывка. Чем привлекает это произведение читателя?

Предельной обнаженностью чувств…

Исповедальной тональностью…

Философской глубиной мысли…

Филигранностью образов….

Импрессионизм в этом стихотворении проявляется в переживании того или иного мгновения, особом лирическом впечатлении. Автор делает упор на изображение своего психологического состояния. Мы сталкиваемся с чувственным восприятием действительности. Усиливая выразительность образов, Юлдуз Миннуллина увеличивает степень их эмоционального воздействия на читателя. Так, например, усталость героини от зимы передана через ироничное сравнение с натужно дышащей от навалившихся на нее забот замужней женщиной. Негативное влияние затянувшейся зимы на душу человека – через образ съежившегося сердца, которое сродни зверьку, изнуренному пребыванием в клетке. Длинные зимние ночи обнаруживают ассоциативную связь с тяжелыми снами, медленно растекающимися по оконному стеклу.

Вслед за художниками-импрессионистами поэтесса выбирает точку зрения из окна на улицу. Лирическая героиня внимательно наблюдает за тем, как весна врывается в стылый мир. Зима ассоциируется у нее с заботами, несвободой, обезличиванием, а весна – с обновлением.

Предчувствие весны, охватившее душу лирической героини, в произведении передается через изображение обновляющегося городского пейзажа. Юлдуз Миннуллиной удается лаконично и емко выразить всю изменчивость окружающего мира в преддверии весны. При изображении города и своей героини поэтесса прибегает к параллелизму. Психологически достоверно она передает изменения, происходящие в этот период как в человеческой природе: взбудораженная кровь, текущая по жилам, сбивчивый ритм биения сердца, нарастающее смятение в душе, лихорадочность в мыслях…, так и в окружающем мире. Юлдуз Миннуллина фиксирует, как оживает город, застывший в зимней спячке, под солнечными лучами, пробившимися из-за низких туч. На наших глазах город обретает душу и начинает  стесняться своей наготы и безмолвия.

Удачным нам показалось сравнение мартовского неба с занавесью из тюля, что позволяет поэтессе добиться зримости образов, психологической глубины в передаче чувств. Лирическая героиня с удовлетворением отмечает первые победы солнечных лучей:

блики, разорвавшие мглу;

трещины на речной глади, стремительно набирающие скорость бега;

волны звуков, накрывающие город.

Юлдуз Миннуллиной, играя на контрасте плоскостного изображения (ночные блики на окне) и объемного, удается вырвать свою героиню в конце стихотворения из бытового пространства в бытийное. Город предстает в оркестровке светомузыки: свистопляска солнечных бликов (“пәри туе”) на горизонте сливается с колокольным звоном, отражающимся от стен церквей и мечетей… Чей-то голос предупреждает героиню об обманчивости мартовской погоды… Пульсирующая энергия весны дает о себе знать и в этой осторожной реплике.

Каждая составляющая мироздания стремится в это время года как-то обозначить себя: будь то человек или город, река или небеса… Здания церквей и мечетей в едином порыве своими колокольнями и минаретами устремляются ввысь, разрывая однотонность архитектурного облика, подобно человеческой душе, стремящейся к преодолению заданных рамок. Солнечные лучи пробивают зимнюю мглу. Все вокруг стремится вырваться из круга рутинности, обрести своя «Я», проявив жизненную энергию: «үз барлыгын, үз берлеген исбатларга тели».

Взволнованная, рвущая речь героини передана через строки разной длины, а на уровне синтаксиса – восклицательной конструкцией с обращением «акыллым», дабы добиться доверительности интонации. Ритмизация достигается не только через конечные рифмы, но и за счет внутренних: например, «Санап тибә, сынап тибә».

Единство зримого и эмоционального помогает Юлдуз Миннуллиной завоевать аудиторию читателей. Каждое стихотворение подарит Вам целую палитру эмоций: от негодования до восторга, ассоциативные образы настроят на рефлексию, размышления.

Стихотворение Юлдуз Миннуллиной «кышкы төшләр авырая бара» напомнило нам о тюркском мифе о духе Уркер (в русской традиции – Лось, Большая Медведица, Плеяды), который управлял погодой. Когда Уркер уходил за горизонт, на земле наступали холода, а на Западе появлялась Венера.

Чтобы лето продолжалось вечно, животные разыскали Уркера и решили удержать его силой на своей территории. Для этого они его стерегли по очереди. Из-за беспечности козы дух ускользнул и стал летать там, где хочет. Когда Уркер приближается к земле, наступает тепло, а когда скрывается за горизонт, земля погружается в холод.

Наши предки называли Уркера сыном луны, а Венеру — ее дочерью. Заметив связь между месторасположением Венеры на небосклоне и морозами, тюрки назвали это планету Тул хатын (Сварливая баба). Они искренне верили, что когда расстояние между этими «небесными родственниками» сократится, то земля отогреется.

В ожидании возвращения Уркера нам остается, перефразируя автора стихотворения, осознавая свою ответственность за происходящее вокруг, повторять про себя: «үз барлыгыңны, үз берлегеңне исбатларга кирәк»!, чтобы обозначить тем самым свою гражданскую позицию и вспомнить строки манифеста Юлдуз Миннуллиной “Чык урамга”.

Милеуша Хабутдинова

photo_2018-02-05_16-39-01

                                   ***

кышкы төшләр авырая бара язга таба –
мышнап эштән кайткан ир хатыны мыни,
тәрәзәгә каплана да, кабат-кабат
үз барлыгын, үз берлеген исбатларга тели.
тоныклана бара күз карашы, кибә
шул төшләрдән. читлектәге киек түгел
йөрәгең дә. санап тибә, сынап тибә
тәртәсенә, сынмасмы дип бүген…
ә офыкта бии пәри шәүләләре,
җиргә койрык бәреп, боз яра,
мәчетләргә, чиркәүләргә бәреп,
чаң сугышлы уйный үзара.
иртәләр дә инде бераз башка төрле –
тар пәрдә читенә оялап,
айныган очраклы төндәшләр шикелле
ялангач сыныннан ояла.
пышылдап эндәшә кемнеңдер тавышы,
эндәшә әлегә буш шәһәр аркылы:
бу дөнья бер көнгә мең төргә авышыр,
ышанма, акыллым

Йолдыз Миңнуллина

Оставить комментарий