В окружении рябин

И в день рождения папы, и каждый день, я думаю о своих родителях. И сегодня мне хочется рассказать о маме. Моя мама, Шаида Абдрахмановна Максудова, публиковала свои произведения под псевдонимом Гульшахида.

На её литературном счету несколько повестей, рассказы, литературоведческие и критические статьи, стихи, а также многочисленные переводы на татарский язык с русского, башкирского, каракалпакского и других языков.
Много лет она заведовала библиотекой Союза писателей, работала в Книжной палате РТ, различных редакциях в Казани и Альметьевске, в годы войны учительствовала, закончила татарское отделение истфилфака КГУ, где и познакомилась со своим будущим мужем (они учились в одной группе) – начинающим писателем, студентом Гарифом Ахуновым, который три года добивался ее благосклонности и которому на долгие годы стала первым читателем и критиком, прожив счастливо вместе полвека… Многие отмечали, что родительский дом отличался гостеприимством, уютом и хлебосольством, мама прекрасно готовила, любила печь пироги, эчпочмаки, балиш, перемячи, готовить варенья-соленья, пастилу из калины и яблок… Родители часто пели дуэтом, читали вслух друг другу, обсуждали книжные новинки, часто ходили вместе в театр, на концерты татарской музыки.
Они были очень дружными, сильно скучали в моменты разлуки. А в свой последний юбилей папа посадил маму рядом с собой на сцене Камаловского театра, и, кажется, так его примеру никто и не решился последовать… Наш диалог длился почти полвека и оборвался на полуслове.
«Жизнь прошла как не было, не поговорили…». Теперь придётся договаривать стихами, воспоминаниями, посвящениями. Когда уходит земля из-под ног – цепляешься за любую соломинку. И эта спасительная соломинка – стихи. Мама их любила, знала множество наизусть, изредка читала свои, была не только талантливым поэтом, но и прозаиком, и переводчиком. С пониманием и сочувствием относилась к моим попыткам творческого самовыражения, была их первым читателем и критиком. Любила наш сад возле Васильево, где летом многочисленные хвори словно покидали её, наслаждалась многоцветьем посаженных ею цветов, закатным небом, дымком самовара, пеньем птиц на рассвете: всё это, возможно, напоминало ей родные Агрызские края, детство в деревне Уразаево, юность, когда она работала сельской учительницей в суровые годы войны; делала вкуснейшее желе из красной и чёрной смородины, варенье из крыжовника, калиновую пастилу…
Всю долгую зиму мама ждала прихода летних дней, а в прошлом году не дождалась: морозная февральская ночь забрала её с собой в полнолуние. Она похоронена на тихом татарском кладбище в Арске рядом с папой, на его родине, где бережно чтят память земляка. Парк и одна из арских улиц названы его именем, учреждена премия для молодых дарований Арского района, которая вручается в день его рождения – 18 сентября; в музеях и школах есть мемориальные экспозиции, где на многих фотографиях рядом с ним мама… Отец посвятил ей немало прозаических и стихотворных строк, где называл её «моя счастливая звезда». Родители счастливо прожили вместе полвека и сейчас покоятся рядом, в окружении рябин, которые они так любили…

Оставить комментарий