«Даешь молодежный журнал!»

В 1968 году Разилю Валееву, второкурснику Литературного института имени А.М.Горького в Москве, пришло приглашение на съезд писателей Татарии.

Сев в поезд, он стал рассуждать: «Если попрошу слова на съезде, то мне как молодому писателю могут и не дать выступить».

В то время Валеева волновал вопрос: почему в Татарстане нет молодежного литературно-художественного журнала? А вот однокурсники из союзных республик активно печатались в местных молодежных журналах.

«Как же так? — размышлял Разиль. — Татары занимают пятое место по численности в Советском Союзе. В союзных республиках десятки молодежных журналов. А почему нам такой журнал издавать не разрешают?»

В общежитии Казанского университета молодой писатель предложил студентам: «Давайте напишем листовки! Потребуем от съезда открыть в Казани молодежный журнал, чтобы было где печататься начинающим». Всю ночь студенты самозабвенно переписывали текст, который сочинили. За ночь изготовили около 200 прокламаций. Решили, что бросать будут трое с балконов театра, где проходил съезд.

В тот день Разиль Валеев бросил свою «бумажную бомбу» с правого балкона. Его друг Зульфат — с левого, а Мирза Мансуров — по центру. Зал, когда в него полетели листовки, замер… Листовки?! Когда в президиуме сидит секретарь обкома партии! Неслыханно… Некоторые боялись прикоснуться к листовкам, но постепенно их разобрали, прочитали…

В перерыве Валеева крепко взяли под руки и повели в кабинет главрежа театра. Разговор был суровым:

— Ты безнадежно испортил себе биографию, у тебя нет и не будет будущего.

Кто в это поверит в 21 год? Ничего противозаконного в своих действиях Разиль не видел. По молодости даже оскорбился: «За что?!»

«Не против же советской власти выступаем, — наивно рассуждал он, возвращаясь в Москву. — Всего лишь просим то, что имеют другие, такие же люди, как и мы».

Как он ошибался! По приезде в Москву Валеева сразу вызвали к ректору института. Владимир Федорович Пименов спросил в лоб:

— Что случилось в Казани?

Он в деталях расспросил, как было дело. Пригласил к себе руководителя творческого семинара, где занимался Валеев, — поэта Льва Ошанина. При нем ректор и сказал, что ему пришло письмо с требованием исключить Валеева из числа студентов. Только тогда Разиль начал понимать, насколько все серьезно…

Пименов и Ошанин долго совещались, попросив его выйти за дверь.

Это был самый страшный момент в жизни писателя. Вся его дальнейшая судьба висела на волоске. Один в Москве, с семьей, которую надо кормить. И нет дороги в Казань. Рушилась и писательская карьера… Ни в один институт страны не примут учиться, если сейчас ему выдадут «волчий билет».

С замиранием сердца Валеев открыл во второй раз дверь кабинета ректора. Пименов сказал:

— Разиль, ты не совсем хорошо сделал. Ты знаешь, в какой стране мы живем. Мы не имеем права не наказать тебя за необдуманный поступок.

При этих словах сердце Валеева замерло. Но ректор продолжил:

— Ошанин за тебя заступается. Поэтому вопрос об исключении из института ставить не будем, а лишим тебя стипендии на три месяца.
Разиль перевел дух…

— Вот такая история. Пролетели десятилетия, прежде чем в Казани начал выходить молодежный литературно-художественный журнал «Идель».

Материал взят с сайта http://kazved.ru/article/60817.aspx

Оставить комментарий