Андрей Макаревич: «Я живу в предлагаемых обстоятельствах

Андрей Макаревич, накануне 50-летнего юбилей группы «Машины Времени», пообщался с корреспондентом журнала «Идель» о новом альбоме с «Yo5», планах группы на юбилей, знакомстве с Миком Джаггером, увлечении джазом и о многом другом.

— Андрей Вадимович, очень понравился вышедший на днях Ваш дебютный альбом с джазовым проектом «Yo5». Довольны ли Вы получившимся результатом? Как происходила запись пластинки?

– Мы выбрали девять песен из нашей концертной программы и записали их за один день в тон-студии «Мосфильм». Нам нужен был концертный рояль — а там их целая коллекция. Готовый альбом мы решили подарить всем нашим поклонникам, он выложен в сети для бесплатного скачивания. Если вы, прослушав его, решите как-то отблагодарить музыкантов за их работу — будем рады видеть вас на странице проекта https://planeta.ru/campaigns/makarevichyo5. Там обозначена сумма, которую мы потратили на запись и сведение этого альбома. Все, что мы соберем сверх этих денег, будет перечислено в благотворительный фонд «Созидание», с которым я дружу уже много лет — он помогает детям с редкими заболеваниями.

— Будете ли Вы снова выступать, гастролировать, записываться с «Оркестром креольского танго»? Или это пройденная глава? Мне, например, очень нравятся ваши сольные альбомы, записанные с «Оркестром».

— Никогда не говори «никогда», но пока нет. Репертуар «Оркестра» почти целиком перекочевал в программу «Yo5», мне вообще сейчас интересны более минималистичные формы.

— Как планируете отпраздновать 50-летний юбилей «Машины Времени»? Выйдет ли новый альбом к этой солидной дате? Примет ли участие в юбилейном концерте экс-машинист Евгений Маргулис?

— Мы записали с «Машиной» в студии три новых песенки, две — мои целиком, одна на музыку Саши Кутикова. Сейчас мы с ним думаем, когда и в каком порядке это издавать. Напишем ли целый альбом — не знаю, тут как пойдет, а выжимать из себя не вижу смысла. Будет много концертов по всему миру, в Москве мы собираемся выступить на стадионе «Открытие-Арена», приглашать на сцену кого-либо из бывших участников пока не планируем, хотя с Женей у нас у всех отношения по-прежнему самые лучшие. Выйдет виниловая коллекция и большой фотоальбом, я отдал весь свой чемодан с фотоархивом на сканирование. Очень симпатичную штуку — съемки короткометражных фильмов по песням «Машины Времени» — придумал наш друг Андрей Комаров. У него уже полно заявок от режиссеров, и надеюсь, что все получится. Будет переиздана с дополнениями биография МВ «Затяжной поворот» авторства Миши Марголиса. Ну и наверняка придумаем еще что-нибудь!

— Андрей Вадимович, интересно узнать, над какими книгами сейчас работаете? Не собираетесь ли продолжить свои опыты в прозе, как с «Евиным яблоком»?

— Осенью будет новая книга рассказов в издательстве АСТ, мы с редактором сейчас думаем над ее названием. Плюс фотоальбом, о котором я уже говорил — мы уже обговаривали концепцию, выбирали модель, которой стоит придерживаться. Так что к началу будущего года должна появиться и эта история.

— В последние годы с большим успехом проходят выставки Ваших картин. Расскажите, как и при каких обстоятельствах, Вы заинтересовались этой деятельностью? Какие еще выставки Вас ожидают?

— Рисую я сколько себя помню, у меня и образование архитектурное, а первая выставка прошла почти тридцать лет назад. Ближайшая теперь пройдет осенью, это будут наши с Аллой Решетниковой шелкографии. Называться она будет «Принцип красного», потому что мы используем всего две краски — красную и черную. А в декабре, когда мне исполнится 65, будет большая экспозиция в Мультимедиа Арт-Музее.

— Не испытываете ли Вы некоторого разочарования в связи с тем, что в нашей стране принципиально мало что меняется и история ее постоянно повторяется, только в более гротескном виде?

— Ну, это же не от меня зависит, к сожалению. Я просто живу в предлагаемых обстоятельствах так, чтобы потом за это не было стыдно.

— Вы некоторое время работали архитектором. Как архитектор скажите, вас устраивает, как выглядит, например, Казань?

— Более чем. Весь новострой в центре сделан с большим вкусом, мечеть вообще идеально вписалась.

— Как у Вас хватило сил в юности следовать выбранному пути рок-музыканта? Ведь эта деятельность в Советском Союзе фактически предполагала отказ от карьеры, материальных благ, а в некоторых случаях и вовсе была опасной?

— Я никогда не следовал никакому «пути», просто занимался тем, что любил. И избегал по мере сил того, что не любил. Чего и всем советую.

— Именилось ли с годами Ваше отношение к группе Beatles как к небожителям? Нравятся ли вам последние альбомы Маккартни и Ринго Старра?

— Чудо с годами не стало понятнее (на то оно и чудо), но окружающие обстоятельства, конечно, прояснились: мы и на Abbey Road поработали, и с Джорждем Мартином успели поговорить… У Маккартни новый альбом выходит, по-моему, в сентябре, «NEW» был очень хорош. За Ринго не слежу.

— Интересно узнать Ваше отношение к Мику Джаггеру, которому вчера стукнуло 75 лет, и к группе «Rolling Stones» в целом. Как этим ребятам удаётся так долго (56 лет) быть на музыкальном Олимпе? Какое впечатление у Вас осталось от личного знакомства с роллингами?

— Ну, это трудно назвать знакомством. Точно так же, как ко мне за пять минут до выхода на сцену подводят за ручку какое-нибудь юное дарование — я, конечно, пожму руку и поздороваюсь, но мысли у меня в этот момент будут совсем о другом. Джаггер, к тому же, во время нашей встречи был очень не в духе: накануне он выпил вина за день до концерта и потом корил себя за то, что шоу в итоге прошло плохо. Хотя, по-моему, все было гениально, как всегда.

— Борис Гребенщиков уже более 10 лет ведёт замечательную радиопередачу «Аэростат». Не хотели бы Вы вести подобную передачу, и знакомить людей с музыкой, которая вам дорога?

— У меня когда-то, больше десяти лет назад, была программа «Машина моего времени» на «Маяке». Но потом понял, что не успеваю, и бросил.

— Тот же БГ нередко в последнее время записывается с зарубежными рок-легендами: Йеном Андерсеном, Ричардом Томпсоном, Мелом Коллинзом и другими. Не планируете ли Вы задействовать кого-нибудь из рок-ветеранов в Ваших альбомах?

-Нет, та компания, в которой я играю рок, меня более чем устраивает . А вот джазовый эксперимент такого рода у меня был — я, клавишник Женя Борец и басист Сережа Хутас выступили с великим барабанщиком Владимиром Тарасовым из трио ГТЧ и литовским саксофонистом Людасом Моцкунасом. Получилась более чем часовая программа фри-джаза, в которой я не пел, а читал стихи под наши совместные импровизации. И это было невероятно здорово, я очень хочу это повторить!

— Андрей Вадимович, расскажите историю создания песни «Однажды». Мне кажется, эту вещь можно поставить в один ряд с хитом «Пока горит свеча».

— Спасибо, но особенной истории у нее нет. Вообще какие-то яркие истории у песен бывают редко, обычно все происходит довольно одинаково: пришла в голову идея — посидел с блокнотиком — песня готова.

— Расскажите, пожалуйста, о Вашем способе борьбы с плохим настроением, депрессией?

— Переключиться на какое-то дело — я вообще терпеть не могу быть незанятым, все время себе что-то нахожу. А вообще я уверен, что с тобой происходит то, на что ты себя программируешь: если думать о плохом , то оно обязательно случится. А если думать о хорошем — случится хорошее. Много раз в этом убеждался.

— Если бы у Вас появилась возможность попасть на машине времени в золотую эру рок-н-ролла (60-70-е годы), какие три рок-концерта вы бы посетили?

— Я очень не люблю гипотетические вопросы. Все эти события с годами обрастают легендами, и уже мало кто вспоминает о том, что в Вудстоке, например, не было туалетов. Вообще. Так что пусть история остается историей, и если ты куда-то не попал — то и хорошо, что не попал.

— Откуда у Вас такое увлечение джазовой музыкой? Кто из джазовых музыкантов Вас до сих пор вдохновляет?

— Джаз я услышал даже раньше, чем авторскую песню, и намного раньше, чем рок-н-ролл — мой отец собирал пластинки и сам играл на пианино. И эта любовь прошла через всю мою жизнь, просто долгие годы я не решался играть эту музыку сам, только ближе к пятидесяти набрался смелости. Но сейчас почти все, что я слушаю – это джаз тридцатых-пятидесятых годов. То, что было сделано до моего рождения.

max_8063

Оставить комментарий